Поминальная молитва содержание

Содержание

Действие происходит в бедной украинской деревне Анатовке начала XX века, в период усилившихся антисемитских настроений и массовых еврейских погромов.

Бедный молочник Тевье цитирует Священное Писание и пытается устроить судьбу своих пяти дочерей с помощью удачного замужества. Услуги традиционной свахи не срабатывают — дочери самостоятельно принимают решение относительно своего будущего — старшая, отказавшись от «выгодной» партии с богатым мясником, выходит за бедного портного по имени Мотл;

Кульминация спектакля — царский указ, по которому все евреи должны покинуть губернию. Семья Тевье вместе с другими анатовскими евреями собирают свои пожитки, чтобы начинать свою жизнь заново на новом месте.

  • ЖАНРЫ
  • АВТОРЫ
  • КНИГИ 528 148
  • СЕРИИ
  • ПОЛЬЗОВАТЕЛИ 457 059

Менахем-Мендл – родственник Тевье, человек без определенных занятий.

Мужики, гости на свадьбе, оркестранты, соседи.

Действие происходит в начале XX века в деревне Анатовка.

«…На моей могиле в каждую годовщину моей смерти пусть оставшийся мой единственный сын, а также мои зятья, если пожелают, читают по мне поминальную молитву.

А если читать молитву у них не будет особого желания, либо время не позволит, либо это будет против их религиозных убеждений, то они могут ограничиться тем, что будут собираться вместе с моими дочерьми, внуками и просто добрыми друзьями и будут читать это мое завещание, а также выберут какой-нибудь рассказ из моих самых веселых рассказов и прочитают вслух на любом понятном им языке.

И пусть мое имя будет ими помянуто лучше со смехом, нежели вообще не помянуто…»

На сцене – все участники спектакля. В центре – артист, исполняющий роль Тевье. Говорит, обращаясь непосредственно в зал.

Артист-Тевье. В деревне Анатовка с давних пор жили русские, украинцы и евреи. Жили вместе, работали вместе, только умирать ходили каждый на свое кладбище… Таков обычай!

Здороваясь, русские снимали шапки. Евреи шапок не снимали никогда. Обычай!

Крик петуха. Стали высвечиваться крыши домов Анатовки. Часть актеров надели картузы. Послышался колокольный перезвон. Часть актеров перекрестились.

У русских был поп. У евреев – ребе. Мудрые люди, между прочим… Знали ответы на все вопросы…

Один из артистов(обращаясь к попу). Батюшка, отчего петух по утрам поет?

Поп. Так ему Бог повелел, сын мой.

Один из артистов. Батюшка, а вот что раньше было: курица или яйцо?

Поп. А раньше, голубчик, все было…

Второй артист(обращаясь к ребе). Ребе, а почему курица не летает?

Ребе. Так ей Бог повелел!

Второй артист. Ребе, а вот почему петух стоит на одной ноге?

Поминальная молитва содержание

Ребе. Не морочь голову… Потому что если он и эту ногу уберет, то наверняка свалится…

Актер-Тевье(в зал). Умные люди были, дай Бог им здоровья. А еще в деревне был урядник. Один на всех! Потому что вера у людей может быть разная, а власть – одна.

Появляется Урядник с гусем.

Урядник. Мужики! Чей гусак без присмотра бегает: православный али иудейский?

Все задумчиво рассматривают гусака, чешут затылки.

Один из артистов. Та вроде наш…

Второй. А може, и наш…

Урядник(с угрозой). А коли хорошо подумать, мужики?

Первый и второй(вместе). Наверное, ваш, ваше благородие…

Урядник. О! Це дило! А я, дурак, гадаю: чей гусак? (Свернул гусаку шею, ушел.)

Актер-Тевье. Справедливый был человек… А еще в деревне жили Степан-плотник, Мотеле-портной, Федька-писарь и молочник Тевье-Тевль. Евреи звали его Тевье, русские – Тевлем. И было у него пять дочерей, две коровы и одна лошадь, такая старая, что могла везти телегу только с горы. А когда дорога шла на подъем, Тевье-Тевль впрягался в телегу сам.

Тихо зазвучала музыка. Все разошлись, оставив на сцене Тевье, который отчаянно тянул телегу и что-то бормотал себе под нос.

Ржанье коня. Тевье тащит телегу.

Тевье(поднял лицо к небу). Боже милосердный, всех кормящий и насыщающий! Если Ты создал человека человеком, а лошадь лошадью, то разве справедливо, что человек тянет оглобли, а эта холера плетется сзади и ржет? Знаю, что ответишь: «Не ропщи, ибо путь каждого записан в Книге Судеб…» Это так! Но важно, на какой странице… Я к тому, что если Тебе было угодно создавать сперва бедных, а потом богатых, то я был готов встать во вторую очередь… Мне не к спеху!

Как говорится, лучше последним на свадьбе, чем первым на похоронах… И кому было б плохо, если б я был богат? Не сказано ли в Писании: «Рука дающего да не оскудеет». Тобою данное Тебе бы и вернулось… Короче! Я бы отдал половину денег молящимся, половину – кладбищенским нищим. И только последнюю половину взял бы себе… И то сказать, не себе – дочкам на приданое.

Ну, еще жене на платье… Коровам на сено… Лошади на овес… (Ржанье коня.) …Вот! Самому-то мне ничего не надо… На тарелку супа и хлеб всегда заработаю, а больше – зачем? Сказано мудрыми: «И богатые червонцы не глотают, и бедные камни не едят…» И будь я хоть трижды богач Ротшильд, все равно ходил бы в этом рваном камзоле и старых сапогах… Не доить же коров во фраке. (Ржанье коня.

) …Лошадь смеется… (Оглянулся.) Нет, коняка, хорош бы был Ротшильд, если бы вышел запрягать тебя в цилиндре и лаковых штиблетах. Да еще гаркнул по-французски: «Цыц! Холера на твою голову!» (Задумался.) А как же будет по-французски «Цыц, холера?!»… Не знаю. Поэтому все в мире правильно… Ротшильд – это Ротшильд, Тевье – Тевье, а лошадь – лошадь!

В конце монолога на дороге появился Перчик, молодой человек в студенческой фуражке и со связкой книг в руках. Несколько секунд с улыбкой наблюдал за Тевье.

Перчик. Между прочим, «цыц» будет «цыц»!

Тевье(оглянулся). Вы это кому, молодой человек?

Перчик. Никому! Просто говорю: и по-французски «цыц» будет «цыц». А «холера» – «холера».

Тевье. Вот как? Интересно. Не каждый день встретишь на дороге образованного человека. Откуда шагает такой умный паренек?

Перчик. Паренек шагает издалека.

Тевье. Вижу по башмакам. А если по фуражечке, то, наверное, из самого Киева?

Поминальная молитва содержание

Перчик. Верно, реб Тевье.

Тевье. А если и меня по имени знаете, стало быть, родом из здешних мест?

Перчик. Родом, реб Тевье, я из той деревни, где много вопросов задают и вопросом на вопрос отвечают.

Тевье. Значит, наш… Из Анатовки. Я и смотрю: лицо знакомое. Не иначе, думаю, отца паренька знал.

Перчик. Знали, реб Тевье.

Тевье. Кто ж таков? Чем занимался?

Перчик. Отец говорил: дело мое – табак, деньги – дым.

Тевье. Перчик-папиросник? Как же, как же… Хороший был человек, Царство ему Небесное. Сам не курил и другим не советовал… Оттого и по миру пошел со своей табачной лавкой. Но вижу, кое-что оставил, раз сын в университетах учится.

Перчик. На «кое-что» не проживешь… Поэтому иду в деревню подработать.

Тевье. Хорошее дело. В Писании сказано: «Всяк своим трудом кормится»… Только, смотрю, для деревенского труда не очень ты годен. Руки гладкие…

Перчик. Зато язык в мозолях. Им и прокормлюсь. Учительствовать буду… Детей учить… У вас есть дети?

Поминальная молитва театр

Санкт-Петербургский Театр Дождей

Пьеса в 2-х частях по мотивам

произведений Шолом-Алейхема (16 )

(Премьера спектакля состоялась 8 июня 2003 года)

Продолжительность спектакля – 3 часа 30 минут.

Спектакль идет с одним антрактом.

Сценография и костюмы

и Николая Лосева

Художник по свету

В спектакле звучит национальная еврейская музыка,

а также музыка группы “Зимовье Зверей”

Тевье – Анатолий Рычагов

Перчик – Илья Доля

  • Менахем-Мендл – Александр Иванов

    Голда – Елена Сапронова

  • Мотл – Роман Вебер

    Перчик – Илья Доля

    Тевье – Анатолий Рычагов

  • Федор – Роман Федоров

    Менахем-Мендл – Александр Иванов

    Трактирщик – Марат Султанов

  • Тевье – Анатолий Рычагов

    Лейзер-Волф – Владимир Воловик

  • Годл – Екатерина Никольская

    Перчик – Илья Доля

  • Тевье – Анатолий Рычагов

    Голда – Елена Сапронова

  • Менахем-Мендл – Александр Иванов

    Тевье – Анатолий Рычагов

  • Голда – Елена Сапронова

    Тевье – Анатолий Рычагов

  • Поп – Николай Лосев

    Тевье – Анатолий Рычагов

  • Федор – Роман Федоров

    Хава – Алена Гнедина

  • Урядник – Александр Кратиров

    Тевье – Анатолий Рычагов

  • Хава – Алена Гнедина

    Федор – Роман Федоров

    Степан – Иван Кожевников

  • Денис Аксенов, Софья Бетехтина, Илья Божко, Ульяна Бойцова, Олег Бычков, Екатерина Василькова, Роман Вебер, Вячеслав Викторов, Владимир Воловик, Алена Гнедина, Евгения Гришмановская, Илья Доля, Тимур Дятчик, Елена Жаркова, Ирина Жаркова, Александр Иванов, Елена Кашинцева, Олеся Клемантович, Иван Кожевников, Екатерина Кожевникова, Анна Косенко, Александр Кратиров, Элина Кривомазова, Олег Кузнецов, Яков Культиасов, Андрей Левченко, Николай Лосев, Александр Маков, Анна Миронова, Анна Назарцева, Екатерина Никольская, Диана Олейникова, Анатолий Рычагов, Валерий Саломахин, Елена Сапронова, Марат Султанов, Тимофей Тихонов, Роман Федоров.

    {amp}amp;nbsp{amp}amp;nbsp{amp}amp;nbsp В деревне Анатовка с давних пор жили русские, украинцы и евреи. Жили вместе, работали вместе, только умирать ходили каждый на своё кладбище… Таков обычай!

    {amp}amp;nbsp{amp}amp;nbsp{amp}amp;nbsp У русских был поп. У евреев – ребе. Мудрые люди, между прочим…

    {amp}amp;nbsp{amp}amp;nbsp{amp}amp;nbsp А ещё в деревне жили Степан-плотник, Мотеле-портной, Федька-писарь и молочник Тевье-Тевль. Евреи звали его Тевье, русские – Тевлем. И было у него пять дочерей, две коровы и одна лошадь.

    3 часа 40 минут с одним антрактом

    «В деревне Анатовка с давних пор жили русские, украинцы и евреи. Жили вместе, работали вместе, только умирать ходили каждый на свое кладбище… Таков обычай!».

    По обычаю русские женились на русских, а евреи — на евреях. А отец семейства сам должен был выдавать замуж своих дочерей. У главного героя, молочника Тевье, дочерей целых пять. А время тревожное — кругом революции, гонения и погромы, и в воздухе витают новые идеи. И нелегко будет принять старому Тевье то, что его дочери выберут себе женихов сами, даже вопреки вере и традициям.

    В деревне Анатовка с давних пор жили русские, украинцы и евреи. Жили вместе, работали вместе, только умирать ходили каждый на своё кладбище… Таков обычай!

    У русских был поп. У евреев — ребе. Мудрые люди, между прочим…

    А ещё в деревне жили Степан-плотник, Мотеле-портной, Федька-писарь и молочник Тевье-Тевль. Евреи звали его Тевье, русские — Тевлем. И было у него пять дочерей, две коровы и одна лошадь…

    и Николая Лосева

    Художник по свету

    а также музыка группы «Зимовье Зверей»

    Спектакль проходит на сцене Молодежного театра на Фонтанке

    Действующие лица и исполнители

    • Тевье, молочникЕвгений Леонов / Владимир Стеклов
    • Голда, его жена — Любовь Матюшина
    • Их дочери:
    • Менахем-Мендл, родственник ТевьеАлександр Абдулов / Виктор Раков
    • Берта, его матьТатьяна Пельтцер / Маргарита Лифанова / Елена Фадеева / Вера Орлова
    • Лейзер-Волф, мясникВсеволод Ларионов
    • Степан, плотникБорис Чунаев
    • Мотл, портнойАлександр Сирин
    • Перчик, студентИван Агапов
    • Федя, писарьАндрей Леонов
    • Ребе, раввинВладимир Корецкий
    • СвященникЮрий Колычев / Борис Никифоров
    • УрядникСергей Степанченко
    • Войцех, трактирщикБорис Беккер / Александр Карнаушкин
    • ТрактирщицаАлександра Дорохина
    • НохумЛеонид Громов / Сергей Чонишвили
    • Барышня из города — Татьяна Захава
    • МузыкантСергей Рудницкий
    • Мальчик-скрипач — Лёня Горелик
    • Девочка — Оля Рябинкина
    • Женский вокализ — Ирина Мусаэлян
    • Танец с платками — Леонид Громов

    История спектакля

    «Поминальная молитва» — четвёртая из шести пьес, созданных Григорием Гориным на основе классической прозы. Создавалась специально для постановки в московском театре им. Ленинского комсомола и была завершена в 1989 году.

    Евгений Леонов приступил к репетиции спектакля, ставшего для него последним, спустя четыре месяца после того, как в июле 1988 года, находясь на гастролях в Гамбурге (Германия), перенес тяжёлый инфаркт и последовавшую за ним операцию на сердце.[1] Работая над ролью, Евгений Павлович умышленно отошёл от «еврейских шаблонов», интонаций, предлагая на суд зрителя «человека, которого раздолбала жизнь, распяла, уничтожила».[2]

    На ряд ролей были утверждены по несколько актёров. Так, роль молочника Тевье кроме Евгения Леонова играл Владимир Стеклов, пришедший в театр в 1989 году.[3] Попеременно с Александром Абдуловым роль Менахема-Мендла играл Виктор Раков. Небольшую роль Берты, старушки-матери Менахема, специально практически бессловесно написанную для 85-летней Татьяны Пельтцер, играли и другие легенды театра — Вера Орлова, Елена Фадеева (в телеверсии).

    Спектакль очень хорошо был встречен и зрителями, и критикой. Роль Тевье-молочника называли одной из лучших театральных ролей Евгения Леонова. Критика отмечала также Александра Абдулова (Менахем-Мендл) — выразительный и образный персонаж. Среди других участников спектакля зрители и критика отмечали: Елену Шанину (Цейтл); Александру Захарову (Хава); Александра Сирина (Мотл) и Татьяну Пельтцер (Берта).

    Ошеломительный успех спектакля привлекал к нему внимание далеко за пределами Москвы. Возможность прикоснуться к постановке получили телезрители благодаря снятой телеверсии 1993 года (творческое объединение «Артель» по заказу телеканала «РТР», режиссёр телеверсии — Виктор Безега).[5]

    «Поминальная молитва», запланированная к показу 29 января 1994 года не состоялась — ушёл из жизни Евгений Леонов. Возвратов по билетам не было — зрители молча стояли со свечами перед дверями театра. Спектакль сняли с репертуара.[6]

    Ссылки

    Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
    Добавить комментарий

    ;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: